Кузница Тьмы (ЛП) - Страница 188

188

Сечул поглядел на друга. Кровь раскрасила руки, но на плитках та же кровь легла таинственными символами. Нет двух одинаковых. Кислый запах негодования густо повис в воздухе. - Эрастрас, я тут гадал... откуда взялась вся эта земля и камни?

Эрастрас пожал плечами: - Без понятия. А что?

- Не знаю. Ничего, наверное...

Кория услышала шум дождя, плотным потоком струящегося по крыше. Открыла глаза. Было темно. Она лежала на полу, на липких камнях. В воздухе висел тяжкий запах скотины, напомнившей о Джелеках. Она ошеломленно села, пытаясь вспомнить.

Варандас сидел за столом, сгорбившись над какой-то работой. Внутри башни оказалась всего одна комната, старая деревянная лестница в центре вела на крышу. Ота видно не было.

Она кашлянула, и еще - тут же вспомнив, как сидела у костра, клала уголек в трубку по совету Ота, как затягивалась дымом, как дым проник в легкие. А дальше... завеса. Она сверкнула глазами. - Где он?

Джагут оглянулся. - Там. А что?

- Убью.

- На то есть целая очередь, майхиб. Однако он не желал тебе особенного вреда, и цель была разумная и вполне подходящая для...

- Не для меня!

- Ну, припоминаю, ты заранее извинялась. Вечер получился вполне сносный. Я даже сварил сморщенные штучки, которые ты вообразила овощами. Похлебку не пробовал, но хоть беспокойным рукам нашел применение.

Она ощущала себя отдохнувшей и болезненно бодрой. - Готова согласиться, - начала она, - что ночью спалось хорошо.

- И днем, - кивнул Варандас. - В забвении время украдено, и назад не вернуть. Вообрази, иные приветствуют потери. Видят в них победы над чем, над скукой? Над собственной умственной отсталостью? Гнусной бесполезностью жизни? Густым туманом тошнотворных мыслей? Я обдумываю тезисы. О Соблазнительности Забвения. Аргументы мои будут безжалостны, как подобает теме.

- Не думала, что такое возможно, - сказала Кория.

- Что?

- Теперь я верю: От исключителен среди Джагутов.

Варандас, казалось, принялся обдумывать ее слова. Потом хмыкнул: - Не буду спорить, хотя нахожу твою мысль достойной спора. Скажи, он объяснял, почему Владыка Ненависти так назван?

Кория оторвалась от грязного каменного пола. - Нет. Хочу пописать.

- На заднем дворе есть дыра, только берегись - края осыпаются.

- Я не мужчина, дурак.

- Не стесняйся. Дыра такая большая, милашка, что целиться не нужно.

Проходя мимо стола, она остановилась, уставившись на предметы, что лежали перед Джагутом. - Что вы делаете?

- Играю с куклами. А что?

- Узнаю их, - шепнула она.

- Разумеется. Твой хозяин купил дюжину на той неделе, когда тебя передали под его заботу. Я их сделал.

Она не смогла ответить; глаза наполнились слезами. Кория выбежала наружу.

Встала под дождем, подняв лицо к небу. "Ох, богиня, так они не твои дети".

Из дверей раздался голос Варандаса: - Он видит в тебе последнюю надежду.

Девушка покачала головой. В долине внизу блистали молнии, она слышала сквозь шум ливня бормотание грома.

- Убийца Кориш, - говорил Джагут, - пустил вас по следу. Намеренно. Душегуб старается пробудить нас к жизни, или так верит От. Ну а я гадаю: не была ли тропа предназначена тебе?

- Бессмыслица, - возразила она, рассердившись такой мысли. - Никто обо мне не знает.

- Неверно. Ты единственная Тисте, живущая среди Джагутов. Прибытие твое породило дебаты и подозрения не только среди Джагутов, но и Азатенаев.

Она повернулась. - Почему?

- Он сделал для вас волшебство ...

- Кто? От? Ничего такого мы с ним не делали. Я ему горничная, кухарка. Рабыня.

- Уроки смирения. Но нет, я не об Оте. Я говорю о Драконусе.

- Консорте? Я никогда его не встречала!

- Ах. Я имел в виду всех Тисте. Драконус даровал Тисте магию Тьмы. Он прошел по Лесу Ночи до самых берегов Хаоса. Оно в тебе, майхиб, и твой прогресс замечен многими.

- Какая чепуха. Во мне нет волшебства.

- К несчастью, - продолжал Варандас, - у некоторых наблюдателей враждебные помыслы или неприятные амбиции. Они видят в манипуляциях Сюзерена с властью и силой прецедент. Та тропа, что проложили вам от Шпиля - это насмешка. Драконус был слишком терпим. Мать Тьма заблудилась в его даре. Тисте слепы к своей силе.

- Не знала, Джагут, что работа на кухне и мойка полов пробуждают магию.

- Величайший дар образования, Кория - годы безопасности. Не думай, будто обучение сводится к фактам и речениям так называемых мудрецов. Почти все знания относятся к сфере согласия, путей жизни в обществе, свойствам поведения и мышления. От сказал бы тебе, что это еще одно тяжело завоеванное преимущество цивилизации: время и безопасность, в которых ты учишься жить. Когда это разрушено, предано небрежению и забвению - тогда цивилизация в опасности.

- Вы, Джагуты, одержимы? Вы же сами отбросили цивилизацию!

- Нас убедили в неизбежном безумии узаконенного неравенства. Любое сотрудничество требует некоей капитуляции. Соглашательства. Но альтернатива - анархия - сама по себе не благо. Она - лишь оправдание эгоистической агрессивности и те, что ищут выгод от такой позиции, жестокосердны. Анархисты живут в страхе и жаждут смерти, ибо впали в отчаяние, видя в окружающих добродетели, которых сами лишены. Тогда они ищут удовольствия в разрушении, чтобы внешний пейзаж сравнялся с внутренними руинами. - Он подошел ближе, огромный и почти бесформенный в тесном сумраке ливня. - Мы отринули цивилизацию, но отвергли и анархию с ее примитивной злобой и явной слабостью мысли. Решив так, мы сделали себя заброшенными, лишились цели.

- Я начинаю думать, что отчаяние должно снедать каждого Джагута.

- Должно, - согласился Варандас. - Но не снедает, благодаря Владыке Ненависти.

188