Кузница Тьмы (ЛП) - Страница 162

162

- А вы, сир?

- Свежего коня. Нет, двух. Я буду гнать всю ночь - сержант Агелас должна была уже появиться. Что-то случилось. Если нападающие будут ждать рассвета, я подоспею к лорду Джаэну вовремя...

- Сир, не думаете, что они следят за дорогой?

- Если поехать по другому берегу реки... есть брод...

- Знаю его, сир, но река вздулась - никто не рискует переходить, и это вполне разумно.

- Поэтому они не оставят дозорных.

- Сир, вы не должны ехать в одиночку.

- Капрал, возможно, лорд Джаэн был прав, а я во всем ошибаюсь. Нужно готовиться. Объясните все кастеляну Деларену.

- Да, сир.

Они развернули утомленных коней и съехали с холма.

Под вихрем звезд в ясном ночном небе Нарад спешился, как и весь отряд Бурсы. На поляне ожидал другой отряд Легиона, хотя и без мундиров. Из неосвещенного лагеря навстречу им вышел офицер.

Женщина была высокой и хорошо сложенной, но двигалась неровно и развязно; Нарад подумал, не пьяна ли она. Однако слова оказались резкими и четкими: - Капрал Бурса, какие ты принес новости?

- Мелкие трудности, сир. Разобрались по дороге. Однако можно быть уверенным, что никакая подмога с севера к ним не успеет. Капитан Скара Бандарис ответил моему гонцу?

- Боюсь, я задержала твоего гонца.

- Сир?

- Слишком велик риск, капрал. Я сочла благоразумным, что ни один солдат Легиона не должен попасть в Харкенас. Понимаю, тебе нужно подтверждение приказов. Тебя тревожат события, но прими слово Инфайен Менанд: мы делаем лишь то, что нужно. Эти первые мелкие кровопролития должны остановить куда большую кровь.

- Да, сир.

- Ну-ка, избавьтесь от знаков различия Легиона. Вам приготовлена запасная одежда.

Нарад был достаточно близко, чтобы расслышать разговор. Он так понял, что Инфайен Менанд - эта женщина-офицер, хотя не был уверен. Однако Нарад различил в сумраке гримасу неуверенности на лице возвращавшегося Бурсы.

- Вы слышали лейтенанта, - сказал тот. - Все к той груде одежды, и поскорее. Переодевшись, попробуйте заснуть. Задолго до рассвета мы пойдем пешими. Едим всухомятку. Ну, давайте.

Нарад вместе со всеми пошел к куче одежды. Начав рыться, обнаружил на некоторых тряпках липкие кровавые пятна.

- Рухлядь отрицателей, - пробурчала женщина рядом. - На случай, если кого из нас зарубят.

- Такого оставят позади? - спросил Нарад.

- Так бывает, Жижа.

Нараду не нравилось прозвище, которым его наградили, но он понимал: жалобы сделают только хуже. Еще одна ложь.

Женщина кинула на него взгляд. - Сказал что-то?

- Нет.

- Я рада, - буркнула она чуть слышно, выбрала куртку и встряхнула. - Четыре года голода после отставки. Однажды четверо парней из благородных поймали меня на сельской дороге. Сказали, я воняю, и чуть не утопили в реке. Смеялись и лапали меня, бросили голой в грязи. Я рисковала ради них жизнью, а они что сделали? Неправильно это, и теперь они заплатят.

Нарад уставился на нее. Другие тоже остановились но, кажется, они не успели расслышать всю историю. Наверное, у них есть свои. Списки обид, склеивающих воедино не хуже крови. "А мне изуродовал лицо ветеран Легиона, так что в Бездну вас всех". Он посмотрел на выбранную рубаху - и бросил. - Да ведь мне ничего не нужно, я и так без формы.

Женщина хохотнула. - Везунчик. Иди спать, Жижа. Убивать будем на рассвете.

Они разбили лагерь на поляне перед новыми Великими Покоями Андариста. Здание стояло молчаливо, готовое, но необитаемое. В темноте дом-клинки рассыпались охранительной цепью, а Энесдии позволили наконец вылезти из кареты. Она вспотела в плотном плаще с капюшоном, вес одеяний давил на плечи.

Было уже поздно, отец один остался у костра. Он не сводил глаз с огромного здания. Дочь подошла ближе, ощущая странную пустоту, почти испуганная тем, что случится в ближайшие дни.

- Отличный дом тебя ждет, - сказал лорд Джаэн, протягивая руку.

Она ощутила теплоту ладони, почувствовала прилив сил, но и какое-то странное томление. Вскоре она уйдет от него, и все изменится. Энесдия тотчас пожалела прошедшие годы. Хотелось бы ей носить грубую детскую одежду и бегать кругами с Крилом, хохоча и бросаясь спелыми фруктами. У него новая туника вся покрылась пятнами. Хотелось бы ощутить жаркое солнце прежних дней, оно ведь никогда не омрачалось и единым облачком... а воздух пах свободой - этот запах она не прочувствовала вовремя, а теперь не вернет никогда.

- Жаль, что я отослал его, - сказал отец.

Он уже рассказал о своих страхах за дом, но Энесдия нашла их безосновательными. Они знать, ударьте по ним -Андарист, Аномандер и Сильхас расценят это как знак войны. Легион не решится, ведь они потеряют уважение королевства, прежде всего самой Матери Тьмы. Она даже решила, что отец хитрит, преследуя какие-то свои соображения.

- Наверное, так лучше, - сказала она, отгоняя словами обиду, мерзкое ощущение, будто ее бросили - теперь, когда Крил нужен больше всех остальных! - Он был несчастен. Много недель или даже месяцев.

- Гм, - отозвался он. - Это объяснимо.

- Нет, - взвилась она.

- Любимая дочь...

- Почему он не радуется за меня? Будь наоборот, я радовалась бы за него!

- Неужели? Правда?

- Разумеется. Любовь - чудесный дар, как же иначе?

Отец промолчал.

Вскоре она нахмурилась, обдумывая его молчание. - Эгоизм, - заключила она. - Он мне как брат, а брат не может быть несчастным из-за меня.

- Да, брат не может. Но ведь Крил тебе не брат, Энесдия.

- Знаю. Но не в том дело.

- Боюсь, именно в том.

- Я не тупая, отец. Знаю, на что ты намекаешь, но это неправда. Крил не может любить ТАК - он слишком хорошо меня знает.

Джаэн кашлянул... нет, то был не кашель. Смех.

162